Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

овечки

(no subject)

Два часа ночи, я в Пфорцхайме! 140 по автобану в темноте - это не моё. Поначалу было вообще очень страшно, а к концу стало просто страшно. Но я шмагла. Юху.

Спектакль прошёл хорошо, а с учётом обстоятельств вообще отлично. Девочка справилась на сто процентов, а дуэт помрежа и певца на авансцене, насколько я понимаю, никого особо не смутил. Зрители вообще на удивление относятся с пониманием к таким ситуациям.
Я же вообще чувствовала себя хорошо и с удивлением констатировала, что всё пропелось и встало, куда надо. Несмотря на то, что при попытках распеться меня опять уносило на полтона вверх сегодня. Ну, хоть на сцене включился механизм, и то хорошо.

Побежала спать. Утром познакомлюсь со своим вторым составом (а может, это я её второй, пока непонятно). Каждый день интрига!

овечки

(no subject)

В понедельник наш режиссёр начал параллельно возобновление другого спектакля, поэтому мы повторяли и сводили воедино с помрежем то, что уже было поставлено.
Поскольку режиссёр был занят, а организованность - не главная черта творческого человека, даже когда он интендант, вместо плана на вторник нам просто сказали: "по ситуации". Это означало, что после вечерней репетиции режиссёр решит, будет он во вторник заниматься другим спектаклем или нами, и тогда нам тоже об этом сообщат.
И таки в пол-одиннадцатого вечера пришло сообщение, что завтра в десять утра нас ждут на репетицию первого акта.

Во вторник в девять двадцать я выпихнула себя из дома.
Вообще я собиралась пойти самое позднее в девять, чтобы успеть распеться и повторить текст, но было очень холодно и противно. За сорок минут я как раз успела бы прийти, переодеться и выпить чаю.
Примерно в девять сорок мне пришло сообщение, что репетировать будут начало первого акта, и я там не нужна, так что "могу остаться дома". Здорово! Утренние прогулки в горку тоже полезны для здоровья.

Разозлилась на всех и решила поехать в Хайдельберг, где сейчас живёт моя подруга, а на этой неделе там же находится на мастер-классе моя пианистка и partner in crime, которая вообще живёт в Вене и видимся мы очень редко. А Хайдельберг в часе езды на поезде.
Я списалась с обеими, и мы договорились все вместе пообедать, после чего я бы спокойно вернулась к вечерней репетиции обратно.

Уже когда я садилась в поезд, мне пришло сообщение, что вечерняя репетиция для нас тоже отменяется.
Если бы я узнала об этом хотя бы на 20 минут раньше, я бы собрала всё необходимое и поехала сразу оттуда домой, потому что в среду мне все равно нужно было приехать в Кайзерслаутерн, чтобы вспомнить роль и быть в состоянии играть в четверг Итальянку. А теперь получалось, что я еду в Хайдельберг, который находится на полпути к Кайзерслаутерну, потом возвращаюсь обратно в Пфорцхайм, собираю вещи и снова еду в ту же сторону, только в два раза дольше.

Короче, я немного подумала, плюнула на свою зарядку, ключи и лэптоп - и решила всё-таки ехать из Хайдельберга сразу домой.
Хорошо, когда не забыл своё кочевое прошлое и имеешь всего по два: дома у меня есть и зубная щётка, и зарядка для телефона, и запасные ключи. Ноутбука только нет, но да здравствует век высоких технологий - провела сегодня урок по вотсапу, получилось тоже хорошо!

Первоначальный план был приехать в среду, отдохнуть и спеть спектакль в четверг вечером. Оказавшись дома во вторник, я даже впала в замешательство, что я буду там делать так долго (без ноутбука и нот).
В итоге я пролежала полчаса в горячей ванне, посмотрела серию "Бумажного дома" и вырубилась в 8 вечера. Проснулась примерно в полвторого ночи, поиграла в скраббл на телефоне и примерно в три снова уснула и открыла глаза уже в 9:40. %)
Днем я вытолкнула себя в театр, чтобы повторить партию, хотя всё моё естество говорило, что я успею сделать это завтра.
Я пропела все арии, стабильно оказываясь в конце на полтона выше, чем надо. Все два часа. Это не тот эффект, которого я ожидала от перехода с контральтовой партии на колоратурную, но в конце концов я забила и пошла домой - учить других, раз уж у самой ничего не получается.

А только что мне позвонили из театра и сказали, что завтра в спектакле будет два гостя. Заболела Эльвира и вместо неё будет впрыгивать сопрано. А вот вместо заболевшего Таддео будет играть помреж, а приглашённый баритон будет петь сбоку. %))
Так что завтра с 10 утра у нас репетиции срочных вводов.

В общем, хорошо, что я уже вчера приехала. Отдохнула и хватит. В холодильнике две банки редбулла, но это только потому, что оперные певцы нищеброды и не могут позволить себе кокаин.

овечки

7 и 8

Вчера я ходила на мюзикл "Титаник", который поставили в Пфорцхайме пару недель назад. Оказывается, этот мюзикл вышел на Бродвее в 1997 году, тогда же, когда и фильм. Он получил много наград, но я лично никогда не слышала ни о нём, ни об авторе Мори Йестоне.
Не сказала бы, что музыка и драматургия произвели на меня неизгладимое впечатление - по сути это коллаж из коротких зарисовок об отдельно взятых людях и судьбах пассажиров. И отдельно драма, происходящая на капитанском мостике. Но сделано было сценически и музыкально очень хорошо, так что я была рада, что сходила и увидела большинство своих коллег на сцене. Мне очень нравится время от времени оказываться по ту сторону зрительного зала и испытывать чувство гордости от того, что это классные артисты - мои приятели. Кстати, начёт зрительного зала - он был полон! Чтобы прочувствовать всю значимость этого факта, нужно знать, что у нас с начала короны активированы "гигиенические протоколы", по которым в семисотместный зал пускали сначала 100 человек, потом 150, а вот сейчас, кажется, 250. Я не видела полного зрительного зала с февраля 2020 года. И вот вчера все места были заполнены, вообще без промежутков! На входе в театр у всех спрашивают подтверждение прививки или тест, а в течение спектакля нужно сидеть в маске, но за это люди получают театр таким, каким он должен быть - живым, бурлящим и заполненным!

Сегодня была сценическая репетиция второй части первого акта - там, где появляются все, кроме Фальстафа. Женщины и мужчины разделены на две группы и у каждой свой заговор. И те, и другие, хотят отомстить Фальстафу, но не знают о планах друг друга. Должно получиться очень весело, и мне кажется, что с этим режиссёром у нас есть все шансы сделать действительно смешную постановку. Но пока что это - довольно хаотичное нагромождение всего. Самого режиссёра при этом не было, потому что у него началось параллельно возобновление другого спектакля, в котором, кстати, снова участвуют все артисты, кроме нас с Фальстафом.
Вторая часть репетиции была музыкальной, где мы - опять же, все девять человек одновременно - пропели всю вторую картину второго акта. Это было ещё хаотичнее, особенно когда часть людей пела довольно уверенно и практически наизусть, а другая часть читала с листа и искала свой тон. Вообще, по-хорошему, такое не должно происходить во время сценической работы - музыкальные репетиции и в том числе ансамблевые репетиции должны быть организованы до начала постановки, а не во время. Но - чем меньше театр, тем меньше в нём труппа. Чем меньше труппа, тем больше нагрузки приходится на каждого. И в конце концов людям приходится осуществлять невозможное. И все в итоге справляются, конечно, но какой ценой...
Но, так или иначе, второй акт был узнан и более или менее проработан.

Из прекрасного. Несколько дней проходила мимо витрины, украшенной изображениями шашлыка и разного жареного мяса. Я решила, что если то, что там готовят, настолько же вкусно, как выглядит на картинках, я обязательно должна это попробовать.
Вчера я притащила туда коллег после спектакля - и это было мясное совершенство! Место оказалось небольшим турецким ресторанчиком, где ты заказываешь блюдо, а тебе приносят к нему корзину лаваша и пять разных закусок, так что к моменту подачи основного ты в общем-то уже и не особо голодный. Но когда я уже думала, что лучше быть не может, мне наконец принесли мой заказ - баранину на косточке - и на тарелке было не одна или две штучки, а как минимум шесть. Такого мясного великолепия я не встречала очень давно, а в Германии, кажется, вообще никогда.
В общем, сегодня я притащила туда на обед ещё одного человека, а на ужин ещё одного (он ел, я нет, потому что съеденной днём половины порции мне хватило на весь остаток дня). Турецкие дяденьки меня полюбили и сказали, что в следующий раз меня ждёт сюрприз :))
Вообще-то я собиралась готовить и есть дома, чтобы экономить свой мизерный гонорар, но теперь моя душа разрывается в метаниях. Хорошо, что я послезавтра еду домой петь Итальянку. Но само осознание того, что в этом городке обнаружился мясной рай, наполняет мою жизнь смыслом.
овечки

дни 5 и 6

Процесс изучения нового материала напоминает прогулки в лесной чаще. Сначала блуждаешь и не можешь даже представить себе, что местные жители привычно срезают тут путь и выходят ровно туда, куда им нужно. Потом постепенно начинаешь ориентироваться и отличать отдельные деревья и пеньки. Но оказавшись в этой чаще во второй, третий, десятый раз всё больше замечаешь, что каждое дерево на самом деле разное, свет через крону проступает совершенно уникальным узором, а корни имеют абсолютно узнаваемый рисунок. И придя туда в очередной раз, ловишь себя на том, что уже знаешь, что за этим деревом откроется опушка, а после неё начнётся тропинка, которая ведёт к ручью, и если идти вдоль него, то скоро выйдешь к большой дороге, и заблудиться на этом маршруте очень сложно, а путь, который в первый раз занял весь день, на самом деле укладывается в один час.

Если бы у меня было достаточно времени на изучение партии, я бы сначала несколько раз послушала запись с клавиром, чтобы иметь общее представление о музыке. Потом села бы за пианино и стала бы разбирать сцену за сценой, работая над разобранным по мере готовности с концертмейстером. Разобрать номер, принести его на урок, пройти с сопровождением медленно и с остановками, повторить столько раз, сколько требуется, и закрепить уверенным пением по нотам. Потом разобрать следующий номер, принести его на урок, и так по кругу. Тогда не нужно сразу панически закапываться в лесную чащу, а можно спокойно гулять по тропкам, останавливаясь у каждого симпатичного цветочка или веточки.

Но когда времени на подготовку нет, то вся пошаговая система смешивается в одну кучу, и ты бегаешь с наушниками в ушах и клавиром в руках по самой глухой чаще из одного её конца в другой, хватаясь за все сучочки и листочки одновременно, попутно убегая от причудившегося в темноте медведя, подавившись волчьей ягодой.

Но отставим аллегории. К концу первой недели репетиций (и полутора недель изучения партии) моё дыхание несколько замедлилось, и я начала замечать, что довольно уверенно чувствую себя в первом и втором акте, знаю наизусть все сольные сцены и каждый отдельный эпизод в больших ансамблях. Длинные многословные и многоголосные сцены ещё нужно доучить и отработать, так же, как и выучить, когда именно в общей канве должны звучать разрозненные сольные фразы - но это то, что можно сделать только на ансамблевой репетиции, когда на месте все участники процесса. При мысли о третьем акте по-прежнему охватывает ужас, но когда я открываю ноты, понимаю, что и эта музыка мне на самом деле уже знакома, и не так уж всё и страшно. Кроме заключительного хора. Там сам чёрт ногу сломит, но я перешла в философский модус решать проблемы по мере их поступления и стараюсь сохранять спокойствие и здравый смысл.

В сценическом плане мы сегодня добрались до начала конца первого акта, что для первой недели очень даже спортивно. Конечно, не стоит ожидать, что через неделю будет готов второй акт, а через две мы поставим целиком всю оперу, но хотелось бы верить, что получится держать темп, несмотря на такое количество одновременных участников. Одно дело, ставить сцену на двоих, а другое, когда у тебя десять человек и хор, и у каждого своя линия поведения.

У моих коллег параллельно ещё два идущих спектакля и одно возобновление с премьерой через полторы недели. И некоторые действительно задействованы вообще во всём. Все штатные артисты во всех театрах через это проходят, но когда один коллега сказал сегодня, что у него в этом сезоне 115 представлений, у меня вылезли глаза на лоб. Всё познаётся в сравнении, конечно.
овечки

день 3

Сегодня мне нужно было на снятие мерок в костюмерный цех. Захожу в общий зал, где по периметру стоят столы с швейными машинками, а в центре огромный стол, за которым стоят портнихи и что-то кроят. Одна тётенька обратила на меня внимание, уточнила, кто я, моё имя ей ни о чём не сказало, тогда она спросила, для чего мерки, я назвала свою роль, она не поняла, тогда я сказала название спектакля, и она наконец смогла меня классифицировать. Я оглянулась в поисках примерочного отсека, но ничего не нашла.
Тётенька куда-то сходила, вернулась с сантиметром и таблицей для заполнения, посмотрела по сторонам, увидела, что за одним из столов с машинками в этот момент было свободно, отодвинула чьи-то вещи, попросила другую тётеньку помочь с заполнением таблицы, посадила её за этот стол и выжидательно на меня посмотрела.
Я вопросительно посмотрела в ответ.
Она взмахнула сантиметром.
Во мне начала просыпаться дива.
Я осторожно спросила: "Что, прямо здесь?" Она сказала: "Ну да". Я усилием воли опустила полезшие на лоб брови и уточнила: "Мне ведь нужно снять свитер". Она сказала: "А у вас под ним что-нибудь есть?" Я сделала глубокий вдох и выдох и сказала: "Нет". Тогда она сказала: "Ну давайте тогда прямо так!" Я ещё большим усилием воли удержала челюсть от падения на пол и уточнила: "Вы собираетесь снимать с меня мерки поверх свитера?"
Не знаю, что именно оказалось решающим, мой вежливый тон или мой дёргающийся глаз, но тётенька ненадолго задумалась, вздохнула и сказала: "Ну ладно, пойдёмте в примерочную..."
Так тут всё-таки есть примерочная? Что ты мне тогда голову морочишь?? - прокричала я внутри своей головы, пока мой рот улыбался и говорил большое спасибо за возможность не раздеваться до трусов в помещении, полном незнакомых людей.
Мерки в итоге сняли быстро, хотя не удивлюсь, если по размерам, которые они мне намеряли, мне опять соорудят мешок, который придётся потом ушивать. В любом случае, спорить и комментировать не было желания, я и так уже была счастлива, что мы это делаем в более или менее интимной обстановке, ну и что, что непосредственно перед окном без штор.

После примерки у меня был концертмейстерский урок. Там мне играла упоминавшаяся уже пианистка, которая тоже учит клавир одновременно с нами. Я ей вообще не завидую и в целом очень сочувствую. Но когда оба не знают, что происходит и как должна звучать музыка, это не очень продуктивно. С другой стороны, мы добрались до конца второго акта, и у меня даже уже постепенно начинает появляться чувство узнавания, а рот произносит целые фразы на автомате, минуя процесс вспоминания. Это не может не радовать.

А потом у меня была первая ансамблевая репетиция с моими "кумушками". Виндзорские проказницы - Алиса Форд и Мэг Пейдж, дочь Алисы Нанетта и Миссис Квикли, их хитрая соучастница. Набор у нас такой: гречанка, испанка, кореянка и русская. Меня никогда не перестанет это умилять в немецких театрах :))
Пели нашу первую общую сцену. Двое из нас пели уверенно по нотам и даже отрываясь от них, а двое других искали свои вступления и нужный тон. Я была в первой группе. Во второй группе были коллеги, которые за последний месяц поставили два спектакля, и тут же были закинуты в третий. Уж на что в моём театре есть, к чему стремиться в плане организации и планирования, - то, что я увидела вокруг себя здесь за последние два дня, вызывает ещё большее недоумение.
К счастью, главный дирижёр совершенно прекрасен - и в плане музыкального подхода, и в плане человеческого. С таким человеком хочется работать и стараться сделать лучше.

После репетиции я пошла посмотреть, что из себя представляет местный спортзал из сети, в которой у меня есть абонемент (и где я не была с начала пандемии, потому что когда сутки напролёт занят жалостью к себе, никогда не найти времени на фитнес). А тут как раз оказался зал недалеко от театра, так что я туда сходила в надежде восполнить энергию. Не знаю насчёт этого, но "мышечное похмелье" (Muskelkater, так называют немцы крепатуру) мне завтра точно обеспечено.

После зала я пошла домой - ещё 15 минут в горку под дождём, и, дойдя наконец до вожделенного чайника и батареи, одолжила у хозяйки клавиатуру и провела урок. Одна капелька стабильной нормальности моей привычной жизни оказалась очень кстати.

Потом я хотела вернуться в театр, но нишмагла. Вместо этого я ещё раз проштудировала клавир, отмечая все цифры и сцены, проверила документы девочки, которая прислала их на чек-ап, сделала себе салат, потому что на что-то более интеллектуальное у меня не было ни сил, ни продуктов, потупила в интернет и теперь ложусь спать. Завтра будет новый день!
овечки

день 1 и 2

Вчера днём я приехала в Пфорцхайм. Хозяйка квартиры, по совместительству драматург в театре, встретила меня на вокзале, потому что он находится как раз на полпути, и отвела домой. Оказавшись в квартире, я поняла, что совершенно правильно здесь оказалась, услышав историю, практически полностью идентичную моей собственной: они с соседкой искали квартиру для переезда, нашли вариант больше, чем рассчитывали, и решили сдавать одну комнату гостям из театра. Большая часть мебели досталась им в пользование от знакомых, родственников и знакомых родственников, и даже кухню они перевозили откуда-то - всё как у нас. Сама девушка оказалась первой из знакомых мне немцев, которая не пьёт кофе и любит чай (причём настолько, что у неё даже есть специальный чайник, умеющий доводить воду до нужной температуры и при желании поддерживать её), в процессе она рассказала, что придерживается низкокалорийного питания, чередуя его с кето. После того, как она извинилась передо мной за то, что это может звучать странно, но у неё есть на кухне два полотенца - одно для рук, а другое для посуды - и ей очень важно, чтобы их не путали, я поняла, что встретила саму себя из параллельного мира. Ну а когда она смущённо спросила, не согласилась ли бы я когда-нибудь в свободное время позаниматься с не русским, моё сердце было окончательно растоплено.

С четырёх вечера у меня был зарезервирован класс в театре, так что я пошла туда и предалась своему основному занятию последней недели - разучиванию нот. Надо сказать, что человеческие возможности, конечно, безграничны, но не то чтобы. В какой-то момент я начала ловить себя на том, что повторяю одну строчку в десятый раз, но моя голова просто отказывается включаться и ничего не запоминает. Я, конечно, всё равно продолжила учить, потому что знаю, что иногда оно откладывается и закрепляется само где-то в закромах - не получается повторить наизусть вотпрямщас, зато оно само выплывает наружу через день или два. Ну, по крайней мере, я на это очень надеюсь.
В шесть у меня была репетиция с концертмейстером. Там меня встретили две пианистки. Одна из них играла мне на прослушивании и на рабочей репетиции - и тогда это явно было с листа. Теперь она рассказала мне, что сама в этом театре всего на пару месяцев на замене и что ей изначально сказали, что она не должна будет играть "Фальстафа". Это театр, детка. Теперь она внезапно должна выучить весь этот объём, чтобы сопровождать музыкальные и сценические репетиции.

Вообще, в свой первый вечер я узнала много интересного. Например, что артисты оперной труппы за сентябрь уже успели сыграть две премьеры - "Дон Жуана" Моцарта и мюзикл "Титаник" - так что Верди никто по большому счёту не занимался. Более того, составы были объявлены недавно, да и то неофициально. То есть, люди исходили из того, что они, обладая тем или иным голосом, вероятно, будут петь ту или иную партию, но это не точно.
В общем, моя паника по поводу того, что я должна выучить роль за три дня, потому что иначе я буду тормозить процесс и вообще выставлю себя полной клушей на глазах у всех коллег, несколько уменьшилась. Мы все примерно в одной и той же ситуации. Это, конечно, не отменяет того, что на сценических репетициях артисты должны свободно владеть музыкальным материалом, но по крайней мере я знаю теперь, что мы все в одной лодке.

Сегодня утром у нас было то, что здесь называется Konzeptionsgespräch - обсуждение концепции. Собрание труппы спектакля, на котором режиссёр и его команда представляют свою идею, говорят о постановке и интерпретации, показывают макет декораций и эскизы костюмов.
Режиссёр говорил очень долго и очень интересно. Не знаю, что из этого в итоге дойдёт до реализации, но по крайней мере всё выглядит так, как будто у нас будут настоящие многоуровневые декорации и, что самое приятное, настоящие театральные костюмы! То есть, что-то далёкое от повседневности и сшитое в творческих мастерских, а не купленное в ближайшем эйчендэме.
А потом нам раздали перевод либретто. На немецком. Режиссёр сказал: в этом спектакле всё держится на диалогах и ансамблях, и это комедия, в которой абсолютно необходимо, чтобы все знали, о чём идёт речь, так что давайте устроим читку.
Читка на моей практике была всего один раз: когда мы ставили оперу "Горбатая гора" - но и читали мы тогда в оригинале, по-английски.
Обычно читки не делают (что досадно), так что идея была отличная, если бы не один нюанс - я пока познакомилась не со всеми участниками, но из тех, кого я могла распознать, с немецким либретто в руках сидели испанка, гречанка, кореянка, македонец, британец, я, ну и несколько немцев, конечно, тоже. И вот, мы все, как могли, стали это читать. Я думаю, что никто из иностранцев ничего не понял. Но было весело.

В перерыве мы с несколькими коллегами пошли обедать. Оказалось, что найти нормальную еду в городе - это не такая уж простая задача. Тайская кухня, в пользу которой все в итоге решили, была встречена моим желудком с большим неодобрением, и больше он туда не пойдёт. Найти же в городе супермаркет оказалось ещё более сложным квестом. Мне сказали, что всё далеко и надо ехать закупаться на машине. Ну я в итоге нашла один магазин, купила творог, помидоры и бананы и таскалась со всем этим до вечера, уже понимая, что никуда больше не успею.

Вечером у меня была музыкальная репетиция, а после неё сценическая. Перед этим я пришла распеваться и поняла, что голос офигел от нагрузки последних дней и взял выходной. Думаю, читка его окончательно добила. В общем, после десяти минут безуспешных попыток я оставила его в покое - насколько это возможно в условиях ещё трёх часов работы. И эти три часа я пропела без голоса, полу-шелестя свои фразы.
На музыкальной репетиции мы с той самой пианисткой, которая неожиданно для себя должна это играть, вместе разбирали ноты. Зато на сценической мы с Фальстафом (будучи единственными свободными артистами постановки в этот вечер, потому что у всех остальных был спектакль) начали разбирать нашу большую сцену. Я всё ещё шептала, зато мой коллега, потрясающий баритон родом из Уэльса, пел так, что я вспомнила, почему мне ещё так нравится гостить в разных театрах: иногда везёт оказаться на сцене с кем-то таким прекрасным, что просто находясь рядом с ним и дыша с ним в унисон, учишься и развиваешься сам. Конечно, рядом с такой глыбой меня тут же задавил синдром самозванца, но впереди шесть недель, чтобы с ним совладать.

Ушла из дома в десять, вернулась домой в десять. Завтра будет ансамблевая репетиция, на которой я услышу своих "подружек", с которыми мы поём вчетвером практически всё время. Очень захватывающе.
овечки

(no subject)

Позавчера я начала писать подробную историю того, как на меня внезапно свалился гостевой контракт с огромнейшей ролью. Но поскольку на меня внезапно свалился гостевой контракт с огромнейшей ролью, последние дни я провожу за роялем и написать ничего не успеваю.
Так что вот короткая версия, чтобы хоть что-то осталось для истории.

В среду, 22ого, мне пришёл мейл с вопросом, не хочу ли я прослушаться на Миссис Квикли в "Фальстафе" Верди. Дело срочное - прослушивание в пятницу, а начало репетиций 4 октября.
Я посмотрела даты спектаклей, прикинула, что я в целом в театре свободна, кроме нескольких пересекающихся "Итальянок". Агент сказала, что за полторы недели до начала постановки они все равно не найдут никого, кто может все спектакли, так что теоретически можно попробовать. Я сказала, что буду рада прослушаться.

В четверг, 23его, я одолжила у знакомой пианистки клавир, чтобы оценить масштаб предположительной работы. Партия оказалась несколько больше, чем я о ней думала. Я знала, что есть один большой дуэт, пара сольных фраз, а в остальном всё ансамбли. Но я никак не предполагала, что эти ансамбли начинаются со второй картины и идут практически сплошняком до конца третьего акта. Квикли поёт иногда больше, иногда меньше, но сцену она почти не покидает. Но я так прикинула - если завтра всё будет хорошо, то у меня будет десять дней, чтобы с этим разобраться.

В пятницу, 24ого, было прослушивание. Там кроме меня было ещё две претендентки. Одна пела абсолютно те же самые две арии, что и я (Итальянку и Ольгу, даже в той же последовательности), так что когда я вышла на сцену после неё, мы вместе с комиссией поржали. А вторая была моя коллега, которая когда-то пела у нас в театре Бабушку Бурыйу в Енуфе - настоящее контральто, по голосу, возрасту и типажу идеальная Миссис Квикли (ах да, забыла сказать, что эта роль - королева комических старух, и как всегда, по голосу и возрасту мне это пока рано, и только моя органика всегда "за")
Так что я сразу расслабилась насчёт себя.
Нам сказали не ждать окончания, и что с нами свяжутся. И действительно - через несколько часов мне позвонили из агентства и сказали, что я понравилась. Но! Что режиссёр хотел бы узнать, какая я в работе, поэтому спрашивает, когда я могла бы приехать на рабочую репетицию.
Рабочая репетиция - это ещё не гарантия контракта. Это как бы второй тур кастинга (хотя такое случается довольно редко - на моей памяти была всего одна рабочая репетиция, и она была сразу вместо прослушивания, а не после). Так что, с одной стороны, я обрадовалась, а с другой задумалась: так мне учить или не учить? Я сказала, что подготовлю большой дуэт (его я к счастью пела во время учёбы, так что могла восстановить за пару дней), но попросила агента напомнить, что я не знаю роли и что её ещё нужно выучить.
Поскольку мы с коллегой-контральто договорились держать друг друга в курсе, я написала ей, что мне предложили рабочую репетицию. Она написала, что ей тоже предложили.
Тут я совсем запуталась. Потому что одно дело - они хотят меня взять и им интересна пара деталей моей сценической работы (а, положа руку на сердце, со мной очень классно сценически работать - на этот счёт сомнений гораздо меньше, чем насчёт вокального соответствия, и уж если к этому не было вопросов, то всё остальное - формальность). Но совсем другое дело, если они не могут определиться и ещё раз хотят посмотреть варианты. И поскольку другая певица составляла серьёзную конкуренцию (точнее, в моих глазах мы настолько в разных весовых категориях, что там даже о конкуренции речи не идёт - я маленький сверчок по сравнению с ней), я была озадачена. Ещё больше я была озадачена, когда она сказала мне, что не сможет приехать на рабочую репетицию раньше следующей пятницы. Это, получается, не важно, когда я туда приеду, они будут ждать с решением до конца недели, когда до начала работы останется два дня?
В общем, я написала в агентство, что если они хотят со мной поработать, я, конечно, приеду, но это должно быть самое позднее во вторник, и решение должно быть принято в тот же день, потому что иначе я просто не успею всё организовать (ещё ведь надо отпроситься в театре, найти жильё на семь недель и т.д.)

В субботу, 25ого, у меня была Итальянка, так что я, конечно, не могла заниматься ничем другим.

В воскресенье, 26ого, у нас был полный дом гостей, так что я, конечно, не могла заниматься ничем другим.

В понедельник, 27ого, мне нужно было поехать в генеральное консульство в Бонне, чтобы подать документы на новый загранпаспорт, так что я, конечно, не могла заниматься ничем другим.
Правда, пока я была в Бонне, мне наконец-то ответили из моего агентства и сказали, что рабочую репетицию назначили на среду. И пообещали прояснить момент с принятием решения в тот же день. Я сказала, что если во вторник никак не получается, то, конечно, и в среду приеду, но это прямо вообще крайний срок.
После возвращения из Бонна я пошла в театр вспоминать дуэт. Теоретические десять дней, о которых я думала в пятницу (и которые все равно не соответствовали реальности из-за отсутствия физической возможности заниматься - с чего я вообще решила, что она будет??), плавно превратились в пять дней. К тому времени я уже знала, что речь идёт о примерно 300 страницах музыкального текста, для которых что пять дней, что десять - не имеет значения, потому что на это нужно по-хорошему месяца три.

Во вторник, 28ого, я занималась. У меня получилось таки вспомнить дуэт (я даже нашла смешное видео со своего выпускного концерта в 2015 году, где мы показывали эту сцену с моим приятелем Мишей, высоким черноглазым Аполлоном в роли старого толстого Фальстафа). В глубине души я была рада, что рабочая репетиция во вторник не состоялась - всё это заняло несколько больше времени, чем я ожидала. Конечно, дополнительно я проштудировала клавир, с каждой последующей страницей понимая, что подписываю себе смертный приговор.
Ах да, ещё я думала, что если всё будет хорошо, я попрошу свою подругу пианистку со мной поработать эти дни. Учить без сопровождения сложно, но учить без сопровождения ансамбли - просто невозможно. Потому что если ты поёшь одно слово, а следующее через две страницы, то нужно очень хорошо знать, что происходит в промежутках и какое оно на слух. Так вот, оказалось, что у пианистки тоже форс-мажор, её поставили заменять на концерте заболевшего концертмейстера и ей самой надо было к воскресенью выучить полноценную концертную программу. Так я поняла, что даже при удачном раскладе помочь мне будет некому.

В среду, 29ого, я поехала на рабочую репетицию. Я познакомилась лично с главным дирижёром и с интендантом театра, которые оба будут вести постановку. Интендант - он же режиссёр - задерживался, так что мне удалось (наконец-то!) для начала просто спеть сцену с аккомпанементом. Местная пианистка сыграла со мной пару раз перед репетицией, это было примерно как плавать в бассейне, но теперь уже с водой. Потом пришёл интендант и стал накидывать обстоятельства и смотреть, как я буду действовать. Было классно - я люблю этот процесс и люблю, когда режиссёры не решают за артистов, а предлагают идеи и смотрят, что из них родится у каждого конкретного исполнителя. В качестве Фальстафа рядом со мной на стул посадили дирижёра, и вот так прошло минут сорок. В какой-то момент интендант сказал что-то вроде: "Но вы же понимаете все слова, да?" Я мило улыбнулась и сказала, что да. Он сказал: "Я специально сейчас использовал сложную лексику, чтобы проверить, и вижу, что вы всё понимаете!" Я не знала, обидеться или умилиться, так что просто вежливо сказала что-то вроде "спасибо, я стараюсь".
В конце репетиции оба шефа меня поблагодарили, сказали, что им всё понятно и что у них хорошее чувство и что у меня тоже должно быть хорошее чувство. Я, со свойственной мне гибкостью топора, спросила - так что, это да или нет? Они засмущались и сказали, что им всё понравилось, но нужно ещё уладить все детали и условия, и что их режуправление свяжется с моим агентом в ближайшее время.
Я в очередной раз связалась с коллегой-контральто, которой её агентство всё это время промывало мозг на тему того, что она обязательно должна поехать на рабочую репетицию, а та не могла, да и не особо хотела - она уже пела эту роль и для неё лучше всего было бы просто впрыгнуть те несколько раз, когда основная певица не может. Мы снова поговорили о том, что если мне поступит предложение, то её агент должен договориться, чтобы её пригласили на те даты, когда у меня "Итальянка". Но, конечно, для начала надо было дождаться их решения.

В четверг, 30ого, я сидела как на иголках. Понятно, что шанс довольно большой, и понятно, что я уже вгрызлась в эту музыку. Но осталось ещё столько неизвестных: как отреагирует мой театр? Где я найду жильё на такой срок за три дня? Какие мне предложат условия? Будет ли возможность заниматься с концертмейстером на месте?
В два часа дня позвонила агент. Она сказала, что пришло предложение, и что прежде чем она скажет мне размер гонорара, будет лучше, если я сяду.
Он была права. Сумма, которую они предложили, подошла бы для третьего гриба в заднем ряду, но никак не для роли первого плана. К тому же оказалось, что это ещё и "всё включено" - то есть, театр не предоставляет ночлега и не покрывает расходы на проезд, а всё это нужно оплачивать из гонорара. Если вычесть эти расходы и налог, то чистой прибыли будет столько, что можно спокойно остаться дома и посмотреть сериальчик.
Также оказалось, что в четверг состоялась ещё одна рабочая репетиция, с какой-то третьей певицей. И пригласили нас обоих на двойной состав. То есть, количество спектаклей сократилось с 14 до 8.
В общем, моя агент сказала, что она сразу ответила, что за такой гонорар я работать не буду (ах да, я забыла ещё, что агенту тоже уходит процент, конечно же), но в остальном решать мне.
Я сказала, что она была права насчёт гонорара. Потом я задумалась, при каком раскладе я могу на это согласиться.
Я сказала, что если будет два состава, то я хотела бы не петь спектакли, которые стоят впритык к "Итальянке" - либо день до, либо день после. Сказала, что мне должны помочь с поиском доступного жилья, потому что если все репетиционные деньги уйдут на съём квартиры, мне это тоже не интересно. И сказала, что мне должны организовать концертмейстерские уроки. Агент обещала всё это передать дальше и связаться со мной, когда будет ответ.

В пятницу, 1 октября, в международный день музыки, за два с половиной дня до начала постановки, ближе к полудню, когда я уже внутренне плюнула на всё и размышляла о том, что надо бы съездить на недельку в отпуск куда-нибудь на солнышко, мне позвонила агент с новостями.
Театр добавил к своему предложению сто евро (те же яйца, только в профиль, но агент сказала, что это их предел и она знает об этом по опыту). Но при этом они пошли на все мои условия в плане дат спектаклей, что музыкальные репетиции мне организуют, и что кто-то из коллег сдаёт комнату в большой квартире недалеко от театра и я могу в неё въехать, если меня это устраивает (как будто у меня был выбор!)
Агент сказала, чтобы я немного подумала - в конце концов, уже итак пятница, и отвечу я сейчас или через час - роли не играет.

Я сильно задумалась.
С одной стороны, это огромнейшая роль и огромнейший стресс её выучить. К тому же, двойной состав - это ещё один огромнейший стресс, потому что человек получает в два раза меньше времени, зато в два раза больше напряжения. К тому же, в финансовом плане это не принесёт никакой прибыли, с учетом расходов и налогов весь процесс выйдет практически в ноль. Это всё огромным грузом легло на одну чашу весов.
На другую чашу весов лёгким пёрышком опустились воспоминания о прошлом годе, мысли о том, что карьере пришёл конец, что я навсегда осталась в рабстве у театра, где нет никаких перспектив, дни, сливающиеся в недели, сливающиеся в месяцы депрессивного бездействия. И моё лёгкое пёрышко незаметно налилось свинцом.

Через час я позвонила агенту и сказала, что лучше сделать и жалеть, чем не сделать и жалеть. Она сказала, что это очень храбрая и достойная уважения позиция.

В пятницу около двух часов дня (в Германии пятница - короткий день, и в такое время многие офисы вообще уже закрыты) я пошла в наше режуправление, внутренне готовясь принимать на свою голову громы и молнии, чтобы спросить, не против ли они, если я с понедельника начну временно работать в другом месте.
Меня выслушали на удивление спокойно, а потом, к ещё большему моему удивлению, поздравили меня с получением гостевого контракта, сказали, как хорошо совпало, что у меня как раз нет в это время занятости, и попросили только проконтролировать, чтобы в контракте сразу были указаны даты, в которые я должна петь Итальянку, чтобы никто не мог ничего спонтанно поменять. Директриса связалась с нашим интендантом и главным дирижёром театра, они оба дали добро, и на этом всё закончилось, абсолютно дружелюбно и безболезненно.

Ну и вот. С пятницы я как зомби пялюсь в ноты, пытаясь хоть что-то в них запомнить. К моему огромному счастью, моя прекрасная преподавательница итальянского Татьяна Александровна поделилась со мной подстрочным переводом либретто. Я пыталась поначалу переводить сама, но поняла, что мой мозг очень быстро взорвётся, тем более, лексика там та ещё. А когда поёшь одно слово, а через две страницы ещё одно, необходимо знать не только музыку, но и перевод вообще всего, что происходит вокруг. В общем, только на подпись текста в клавире у меня ушло часа четыре чистого времени. А сколько я уже провела за роялем -я не знаю, но этого вообще ни разу не достаточно.
Сейчас я сделала паузу, чтобы записать это всё, потому что если не записать сейчас, то история пропадёт навеки, а этого мы никак не можем допустить :)

Сегодня воскресенье, 3е октября, завтра около 11 часов утра я выезжаю навстречу новому приключению. Спасибо за внимание. Пожелайте мне удачи!
american woman

Второй спектакль

У артистов (по крайней мере, оперных) существует проклятье второго спектакля. Все знают, что на втором спектакле случаются неожиданности, глупые ошибки, проблемы с технической стороны, а также с любой другой, чего нельзя ни предугадать, ни предотвратить. Поэтому на второй спектакль обычно не приглашают, да и в целом изначально воспринимают его наличие как неизбежное зло, которое нужно пережить, чтобы можно было перейти к третьему спектаклю и всем последующим.

Мой второй спектакль был в субботу и прошёл в целом нормально. Но без классических косяков таки не обошлось.

Во-первых, мне в этот раз было всё очень тяжело. Если на премьере (после недели прогонов в полный голос) я чувствовала себя окрылённой, то в этот раз крылья по-прежнему были на месте, но к ним как будто привязали по гире. Недели мне, видимо, не хватило, чтобы прийти в себя - организм решил не зарядиться заново, а забуксовать в качестве реакции на весь прошедший месяц. Хотя, возможно, это потому что накануне был нервный день, а в саму субботу я проснулась в 4 утра, уснула к 8, в 10 была разбужена, в полчетвёртого прилегла на часочек, и в итоге была ещё более разбита, чем до того. Голос сказал, что он, конечно, сегодня отработает, но ему вообще не прикольно, а мозг сказал - я за тебя-за тебя, но мне очень хочется спать, так что давай сегодня как-нибудь сама. Я залилась энергетиком, затянулась корсетом и пошла работать.

Дальше с моей стороны всё было чётко - спасибо адреналину и вовремя включавшемуся автопилоту. Но во втором акте кроме пения появляется много сопутствующих действий. Больше всего я волновалась за переодевание в контейнере. Я пою арию в шароварах и неглиже, а потом прячусь в контейнере на сцене, где приготовлена юбка и болеро, перчатки и маска, и должна с помощью двух коллег снять одно и надеть другое за время одного речитатива - то есть примерно за одну минуту. Что вообще может пойти не так?%) На одном прогоне в контейнере забыли включить свет, и я вообще не успела переодеться, ища вход в юбку наощупь. В другой раз девочка, которая застёгивает на мне юбку, не успела, потому что её пальцы в перчатках всё время соскальзывали. В общем, я морально готовилась к тому, что либо часть костюма забудут туда принести, либо ещё что-то случится, и я пойду петь голой.
Но нет, переодевание сработало хорошо.

Зато до этого в арии "обольщения", где я должна эротически наносить на руки эфирное масло, нежно растирая его по запястьям и линии декольте, вдруг оказался совсем другой флакон. Не такой, у которого открывается колпачок, и можно предположить, что содержимое выливается в ладонь. А такой, у которого вместо колпачка насадка-распылитель - такая старомодная вещица, по форме напоминающая велосипедный гудок, не знаю, как лучше объяснить. В общем, это что-то, на что нужно нажать, чтобы распылить парфюм, но никак не чтобы оттуда что-то вытекло. И обнаружила я это уже во время пения (карандашом на полях замечу, что это для меня самая сложная ария, в которой мне нужно предельно концентрироваться на вокальной составляющей). Пришлось импровизировать. Даже не знаю, чем я заменила эти эротические растирания (каждое движение у меня точно выверено по развитию каденционного пассажа) и как это в итоге сочеталось с музыкой, но с толку меня это немного сбило.
Второе проведение прошло лучше, но и там оказалось, что Мустафа, который всё это время подглядывал из-за дивана, медленно подвигая его в мою сторону, не додвинул его до нужной позиции. Поэтому, сев в конце концов на этот диван, я потеряла из поля зрения своих партнёрш, с которыми должна была переглядываться. Поэтому мне пришлось снова встать, занять более удобную позицию, из-за чего я сместила весь рисунок собственных перемещений и сама себя запутала. Всё это, конечно, не было заметно зрителям, потому что они ведь не знают, что там как было запланировано. Но поскольку всё это происходило во время неумолимого приближения верхнего "до", уверенности и расслабления эти стрессовые моменты тоже не прибавили. Я даже на секунду подумала (во время перемещений и колоратур), что, может, ну её, эту "до" - но тут же поняла, что никогда не задумывалась о плане Б и точно не соображу слёту, что петь вместо этого, так что пусть уже будет как будет. Ну и спела. Получилось на мой внутренний слух как будто кто-то подошёл и с размаху всадил мне в попу иголку. Возможно, снаружи это означало, что весь звук как раз спроецировался и раскрылся фейерверком в акустическом великолепии, я не знаю. Но аплодисменты помогли выиграть несколько секунд на описанное выше переодевание, а это уже победа. %)

А вторая ерунда произошла снова во время моей арии, а точнее, огромной кульминационной сцены с хором.
Тут надо сказать, что для моей кульминации меня запендюрили на тот самый вездесущий контейнер, который всю дорогу вертится на вращающейся сцене, и в этот момент оперы оказывается в самой глубине. Всё это продиктовано тем, что ария с мужским хором, и такое положение - единственный вариант, при котором все хористы могут разместиться на сцене с учётом одобренной социальной дистанции *здесь должен быть значок фейспалма, но не потому что я против мер предосторожности, а потому что в России невозможно себе представить, чтобы солистку в ключевой сцене всей оперы запихивали в самый зад только ради того, чтобы перед ней разместить мужской хор в три ряда*. То есть, в итоге я стою на контейнере, в положенных трёх метрах передо мной находится последний ряд хора, перед ним ещё один, тоже три метра, потом три метра до оркестровой ямы, а потом ещё шесть до первого ряда зрителей. Посчитайте, на каком расстоянии я нахожусь от первого зрительского уха и прикиньте, сколько у меня шансов переорать хор и оркестр.
Ну ладно, это всё лирическое отступление и дива-аттитьюд. Я всё-таки стою на возвышении и меня всё-таки слышно.
Но обратно к косяку. За контейнером висит проволочная ограда - её спускают сверху и закрепляют внизу перед началом арии. Расстояние между оградой и контейнером примерно 50 см. Там я должна протиснуться к стремянке, чтобы забраться на контейнер во время проигрыша, а потом там же пронестись ягозой обратно во время следующего проигрыша, отпев половину арии и оказавшись таки на авансцене в дакапо. То есть - это очень неудобно и очень быстро. А, да, по дороге вниз мне надо ещё успеть захватить огромный итальянский флаг, припаркованный там же возле стремянки.
Короче. Забралась я нормально, а вот при спуске, когда у меня всего половина проигрыша на то, чтобы слезть с контейнера, взять флаг, протиснуться между контейнером и оградой и выйти на аван-сцену, я внезапно наткнулась на попу. Попа стояла у меня на пути, а её хозяин делал что-то на полу. Я схватила флаг и завопила шепотом: "с дороги!!!", оттолкнула бедную попу и выкатилась из-за контейнера ровно тогда, когда мне надо было начинать петь, на ходу расправляя флаг, который, конечно, стоял там в скрученном состоянии. Тоже отличное развлечение перед колоратурными вариациями и ферматой на верхнем "си". К счастью, перемещаться по сцене было уже не нужно, но пока я пела, часть меня краснела от стыда, что я толкнула несчастного человека, и вообще, что вот я, оказывается, какое чудовище в стрессовой ситуации! Другая часть меня говорила, что у меня не было выбора, и что он сам дурак. Так они и спорили, пока я пела последнюю каденцию.
После этой арии из зала впервые за всю оперу раздались овации (ну или как назвать голосовое сопровождение аплодисментов), а я побежала выяснять, кого я там чуть не убила. Точнее, сначала переодеваться - на этот раз у меня было целых две минуты - а потом уже нашла этого несчастного рабочего сцены, которому приспичило именно в тот момент что-то там закрепить. Он извинился и сказал, что всё осознал. Я тоже извинилась. Мы остались друзьями.

После этого всё уже прошло нормально - но и самый стресс для меня был позади.

Несмотря на проклятье второго спектакля и моё общее физическое состояние, я всё равно была счастлива, потому что ко мне приехали друзья, и им понравился спектакль, и мы провели потом ещё замечательный вечер и прекрасный день после этого. И ещё были другие друзья, с которыми я не увиделась, но они передали мне за сцену букет, и он пришёл на смену премьерным, которые как раз уже начали потихоньку увядать. Так что у меня снова цветы, хорошее настроение, ну и, как всегда, пара историй для будущих мемуаров. :)
Cupido

(no subject)

Завтра первый рабочий день, и вот нам сейчас сообщили, что в связи с идущими вверх показателями по короне общее собрание-приветствие в театре решено перенести на середину сентября. %)

Репетиции и моя премьера 18-ого числа пока что остаются в силе, хотя на сайте до сих пор не появилась функция бронирования билетов (обычно её открывают за два месяца до премьеры), и даже состав исполнителей не значится.

Сегодня мой Мустафа позвонил из больницы и сказал, что выпал из процесса как минимум на 2-3 месяца. Также завтра я должна познакомиться с новым Линдоро, потому что по каким-то таинственным причинам на эту роль решено было пригласить второй состав. Так что если премьера всё-таки состоится, то за две недели нам нужно будет не просто вспомнить спектакль, но и отрепетировать его с двумя новыми артистами, играющими ключевых персонажей. Ну, это с условием, что нового Мустафу уже нашли - об этом я тоже надеюсь узнать завтра на репетиции.

Лето пролетело быстро и странно. На выходных я спела классный концерт оперных арий в сопровождении органа. Это было очень необычно, как и вообще было необычно ненадолго переместиться из мира театральных страстей или камерных изысков в параллельный, в котором живут музыканты, занимающиеся церковной музыкой.
Особенно, конечно, разница чувствуется в распорядке дня. В то время, когда я обычно просыпаюсь, у моей органистки Оли уже заканчивается первая служба :)) Правда, в этот раз ситуация была всё равно особенной, потому что в доме с девятимесячным младенцем в любое время не до сна :) Также Оля, как и все хорошие инструменталисты, привыкла заниматься по 8 часов подряд, а я, как все хорошие певцы, привыкла есть горячий обед. :) Но в итоге мы нашли золотую середину (Оле пришлось признать, что питаться чем-то кроме святого духа всё-таки иногда и правда неплохо, даже работникам церкви), очень продуктивно поработали два дня и на третий отыграли чудесную программу для максимально наполненного в условиях короны зала.
Более официальный и подробный отчёт я опубликовала в инстаграме и на фейсбуке.

Кстати, вопрос: есть ли кто-то, кто читает меня только в ЖЖ? У меня есть ощущение, что везде одни и те же люди, поэтому мне как-то неловко писать одно и то же на разных платформах. ЖЖ для меня - это по-прежнему формат дневника, здесь я пишу то, что не стану писать больше нигде. Но вот какие-то отчёты, профессиональные заметки и то, что рассчитано на более широкую публику и определённую целевую аудиторию, я публикую там, где она, собственно, обитает: инстаграм и фейсбук. Имеет смысл дублировать это сюда? Что скажете?

Сезон начинается, будущее всё так же туманно, но по модели Кюблер-Росс я, кажется, на стадии принятия - не потому что стало легче и приятнее, а потому что на предыдущие четыре у меня что-то совсем уже нет ресурса.
music-fire

(no subject)

В воскресенье у нас состоялся концерт, на котором я в прямом смысле слова блистала в своём новом платье Дубровка-от-кутюр. :)) Эффект был примерно таким, как я и ожидала от немцев, но при этом все в один голос согласилась, что это платье идеально подошло именно для той арии, которую я исполняла.

Но это, конечно, не единственное, почему этот концерт был для меня особенным.

Вот уже больше года мы вынуждены приспосабливаться ко всё новыми условиям жизни, а если говорить о мире музыкальной сцены в Германии, то правильнее называть это не жизнью, а выживанием. Год фрустрации с отменяющимися спектаклями, переносящимися выступлениями и полным отсутствием перспектив и понимания, что будет дальше.

Некоторые коллеги беспокоятся, что появление онлайн-концертов приведёт к тому, что зрители перестанут ходить на живые выступления. Я считаю, что эти опасения преувеличены. Опера пережила появление радио, синематографа, телевидения, эстрады, плееров, электронных носителей, интернета и ютьюба - переживёт и локдаун. А вот единственный способ пережить его для артистов и музыкантов - это продолжать выходить на сцену и творить, если не для зрителя в зале, то для зрителя перед экраном, потому что заставлять работать артистов и музыкантов "в стол" - это то же самое, что запретить им работать вообще. Мы от этого чахнем.

Так что я счастлива, что у нас состоялся большой концерт, доступный к просмотру из любой точки земного шара! И очень надеюсь, что будут ещё.

Концерт целиком можно посмотреть здесь: https://youtu.be/QqIM0ioi3j0
А на видео моё выступление: ария Кащеевны из оперы Римского-Корсакова "Кащей Бессмертный".